Главная
Страны
Workshop
ИД «ТУРБИЗНЕС»
Контакты
 
туристический бизнес
для профессионалов
(495) 723-72-72
Турбизнес, №6, Июль 2017
« Вернуться к журналу  

Жизнь в ритме болеро

Продолжаем разговор с «отцами-основателями»– представителями первой волны российского туризма, которые наполнили это слово международным содержанием. О смене форматов и настроений на рынке рассказывает АРАМ АНТОНЯН, генеральный директор компании «Болеро Тур».

Чувствуете ли вы себя ветераном почти два десятилетия спустя после старта «Болеро Тур»?

Нет. В нашем бизнесе понятие «ветеран» слишком «убыточное». Все любят молодых и энергичных. Поэтому стараюсь в зеркало не смотреть, чтобы не обнаружить там ветерана, и чувствую себя бодро. А возраст дает возможность смотреть на все с высоты птичьего полета и вовремя остановиться или взять паузу.

Какие у вас отношения со скепсисом? В отношении профессии, в частности.

К сожалению, очень хорошие. Мы большие друзья. А как вы хотели? Состояние выживания, в котором мы находимся уже лет пять, способствует выработке как раз тех гормонов, которые «дружат» с этим самым скепсисом.

Отрасль сегодня скорее жива или скорее мертва?

Турбизнес в прежнем виде скорее мертв. Но он радикально видоизменяется, и обновляющийся формат свидетельствует, что пациент скорее жив. Туризм – это пища, которая будет существовать всегда. Его «здоровье» было бы крепче, если бы не лидеры, которые целенаправленно уничтожают престиж этого бизнеса и добивают его.

Список фамилий будет в приложении?

Да мы все его знаем! Это те руководители, которые болели «капитализацией», гонялись неизвестноза чем и угробили свои успешные компании, потрясающие бренды. Наши коллеги, которые будут это читать, отлично поймут, о ком идет речь. Кое-кто из них воскрес и опять старается что-то делать. Дай им бог здоровья!

Перманентный кризис отрасли – общее место. Или это уже не кризис, а неизбывное состояние?

Это глобальная ситуация, с которой следует считаться. Нужно понимать, что курс рубля не вернуть, а политическая ситуация вряд ли будет способствовать динамичному развитию туризма. Мы живем в новых реалиях! Люди, которые работают сейчас в нашем туризме, можно сказать, творят чудеса. Чудеса смекалки, выдержки, выживаемости… А одна из самых серьезных проблем– это законотворчество, которое, по-моему, направлено на то, чтобы окончательно блокироватьвсе процессы. Начать с того, что последний закон о туризме писали под руководством Министерства культуры. Руками людей, которые ни разу никуда ни одного человека не отправляли.Вы понимаете,что это такое? Ведь космыслению некоторых вещей годами приходишь. Вот, например, только после 25 лет в туризме я понял, что доминантная точка нашей работы – это не отправить человека, а вернуть его. Смешно? Нет! Уже несколько лет, как не смешно!

Для того чтобы получить операторское страхование, приходится прилагать колоссальные усилия, убеждая страховщиков, что мы не верблюды. После этого наступает очередь «Турпомощи», куда мы перечисляем тоже немалые деньги. Но это никак не исключает появленияна рынке мошеннических схем и крупных аферистов, даже в рамках нового закона,к сожалению,это вполне возможно.

Самые горячие темы последнего времени – снижение комиссии крупными туроператорами и промотарифы. Как будет развиваться ситуация в этих областях?

Эпидемия демпинга вредит бизнесу уже давно. Мы не можем договориться между собой о корпоративном поведении, но это необходимо. Назовите это как угодно, хоть сговором, но без этого никак. И хуже всего то, чтотуроператоры«компенсируют»демпинг тем, что уменьшают комиссию агентствам.

Выходит, рынок приговорен к 5–7% комиссии?

Да. Это часть новой формации, новой деформации, я бы сказал, и никуда от этого не деться. Агентства должны привыкать к этим цифрам. Возможно, дальше будет еще хуже. А промотарифы –блеф чистейшей воды.

Вы тоже снизили комиссию?

Здесь история вот какая: 5–7% платят операторы-мажоры, у которых избыток продукта. Наша расходная часть чуть меньше. Направления, которые мы предлагаем, вне зоны большой конкуренции. Да, одно время мы платили 14–15%, сейчас –меньше. Но к цифрам 5–7%не пришли по одной простой причине: не с кем будет работать.

Как вы считаете, кульбит «ВИМ-Авиа» – это частный случай или предвестник нехорошей тенденции?

Это не первый кульбит. За последние десять лет их было столько! В этих историях – и с «ВИМом», и с «Трансаэро» – просматривается самая большая проблема: рынок скоро полностью сконцентрируется в руках одной авиакомпании, «Аэрофлота». Умирает самое главное– конкуренция. Это беда.Когда нет конкуренции, начинается то, что мы видим.

Что это сулит применительно к чартерам?

Надеюсь, что очередного коллапса не случится.К концу прошлого года мы почувствовали импульсы того, что рынок хочет восстановиться. Ему тяжело, но он хочет.

Как вы относитесь к Цифре с большой буквы–электронной путевке и прочему? И в целом к регулированию рынка в теперешних условиях? Каким оно должно быть, если должно?

Рынок должен быть полностью, стопроцентно регулируемым. В этом бизнесе – и не только в этом, во всей стране! – должен доминировать закон. Но закон грамотный, понятный, адекватный, актуальный. Из которого следует, что при неправильной трактовке такого-то пункта наступают соответствующие последствия. Абсолютно приветствую электронный документооборот. Нужно перестать тратить бумагу. Развитие должно соответствовать времени. В этом наше будущее.

Вы сказали однажды, что отрасль стала площадкой для неудачников. Это актуально?

В агентском бизнесе эта ситуация продолжается до сих пор. Люди дарят друг другу туристические компании, и всем кажется, что они могут заниматься туризмом. Что касается крупного операторского бизнеса – нет, там сейчас все достаточно профессионально. Случайных людей в этом секторе практически не осталось.

Теперь о «БолероТур». Как вы позиционируете свою компанию?

Лет десять назад я почувствовал, что ситуация на рынке сильно меняется: туризм становится событийно зависимым и это превращается в хроническуюпроблему. В 2007 году мы приняли решение расширять диапазон предложений в сторону бизнес-трэвела, организации мероприятий и тому подобного. Первые два года были катастрофически тяжелыми, поскольку я сунулся в сегмент бизнеса, где практически ничего не знал, совершил все возможные и невозможные ошибки, которые периодически напоминаюто себе. Но свое место мы, я полагаю, нашли.

Мы говорим о бизнес-трэвеле как о стержне сегодняшнего «Болеро»?

Да.

А туристическая часть осталась?

Конечно! Это душа. Мы как были компанией, которая с любовью и удовольствием организовывает сложные индивидуальные туры, так ею и остались. По поводу разнообразия предложений хочу сказать: если лет 10–12 тому назад мы работали по определенному перечню стран, а остальными старались не заниматься, то сейчас делаем абсолютно все. Сегодня туристический профессионал обязан быть универсалом.

Когда-то всетакой подход критиковали, и вы тоже. Что изменилось?

Да, я тоже. Изменилсятемп. Все нужно делать оперативно, практически молниеносно. Блестяще. И еще:тогда у нас остро не хватало информации. Сейчас ее можно добыть за считаные минуты.

«Болеро-тур» занимается классическим оперейтингом, имеет круизное подразделение, работает в сфере MICE. Что приносит наибольший доход и выгоду?

Если рынок начнет хотя бы чуть адекватнее работать, и эта тенденция сохранится, самой доходной частью будет все-таки индивидуальный туристический департамент. Эта сфера нестабильна, но если начинает работать, то дает наибольшую выгоду.

Это «если» очень критично...

Согласен. Но мы живем последние несколько лет именно вокруг слова «если».

Какие маркетинговые инструменты вы используете? Скажем, бизнес-завтраки– это полезно или уже за кадром?

Это по-прежнему актуально, ноне в таких количествах, как раньше. Если я устраиваю утреннее мероприятие и вывожу туда несколько мелких тем, которые агентам неинтересны, и поэтому они пришли просто плотно позавтракать – это одна история. Если же я пригласил агентства познакомиться с актуальным продуктом, поразмышлять вслух, подискутировать, а заодно и подкрепиться – это результативно.

А выставки?

На них я уже давно поставил жирный крест. Не работает – это раз. Безумно дорого – это два. И абсолютно не понимаешь, чего ты там достиг. Если от выставок и есть какой-то эффект, то длится он пять дней, не больше.

Что нужно делать туроператору сегодня, чтобы о нем помнили и на шестой день?

Мы переформатировали отдел продаж, и он пошел в народ, общаться с агентствами, объяснять, рассказывать, показывать.Когда современному человеку нужно на две ночи поехать в Цюрих, то он заходит на онлайн-сервис, бронирует гостиницу, авиабилеты и улетает. А когда надоорганизовать поездку, скажем,в Африку на сафари,качественный экскурсионныйтур по Италии или любую другую поездку со смыслом – это только с профессионалами.

Вы гоняетесь за новыми розничными партнерами?

Да, конечно, хотя это рискованно, потому что они в любую секунду могут исчезнуть. И новый закон уже крайними делает не агентства, за все эти истории отвечает оператор. Но мы все равно идем вширь.

Занимаетесь ли вы прямыми продажами?

Это дает хорошую прибыль. Я это дело очень люблю, но не конкурирую с собственными агентами. Никогда не нарушаю правил. Напрямую могу продать и больше, и дороже, но никак не дешевле. Агентство, работая со мной, имеет преимущество: оно может взять у меня комиссию и отдать половину ееклиенту. Я такого не делаю. Поэтому до сих пор есть стабильное, плотное число агентств, которые со мной работают уже ни много ни мало – 18 лет!

Когда было интереснее всего работать?

После кризиса 1998 года. Лучший взлет начался в 1999-м и продолжался несколько лет. Золотое время для нашей компании. Я поймал волну. Удалось правильно оценить ситуацию и выбрать востребованные направления–Китай, Тайвань, Гонконг. Участвовал в создании «Китайского клуба». До сих пор помню, что самую первую группу –она состояла из 11 человек – мы отправили на Тайвань.

Почему туризм стал профессией и что было до него?

Это долгая история. Я по первой профессии музыкант, активно и успешно гастролировавший профессионал. Окончил консерваторию как кларнетист-саксофонист. Почему туризм? В 1995 году,оказавшись в Москве, я попал в сложную, практически безвыходную ситуацию. Все решила случайная встреча. Меня взяли в одну очень известную и мной до сих пор любимую компанию курьером. Я и сейчас благодарю человека, который руководит ею. Через несколько лет я уже смог открыть «Болеро Тур» и предложить туристам окунуться в музыку странствий. Название– дань моей прошлой жизни.

Есть ли цели, которые остались нереализованными?

В профессиональном плане – очень много. Мы двигаемся вперед, ставим задачи, стараемся их выполнять. Если не удается, то это остается целью. Но в плане масштабности бизнеса не намерен развиваться ни в коем случае. Хочется сохранить то, что есть.В личностном смысле я так и остался не до конца реализованным музыкантом.

Предпочтительные места отдыха?

По-настоящему отдыхаю только дома, в Армении.

Вы берете в руки кларнет или саксофон, когда есть свободное время?

К сожалению, нет. Я не могу взять саксофон и играть для своего удовольствия –толькодля того, кто слушает. И всегда это было экзаменом для меня. Это большая ответственность. Надо играть очень хорошо или просто не играть. Я сейчас профессиональный слушатель.

Контрольный аккорд: как часто звучит в вашей душе «Болеро»?

Это музыкальное произведение для меня –олицетворение глубокойфилософии. «Болеро» начинают барабаны – так стучит человеческое сердце. Если мы развиваемсяподобно теме этой симфонической сюиты, значит, наша жизнь интересна и что-то из себя представляет. Если этого не случается – мы живем монотонно, непонятно, в дне сурка. «Болеро» для меня –вдохновляющий флаг.

Беседовал Геннадий Габриэлян


Поиск материалов
 
Издания
Проекты
Онлайн
© 1998 — 2017 «Турбизнес»
Контактная информация
Реклама на сайте
Письмо редактору сайта
(495) 723-72-72